Противоречия между интересами государства и других кредиторов при реализации имущества должника продемонстрировало дело бывшего сити-менеджера из города Назарово Игоря Сухорукова. Разногласия в Конституционном Суде  вызвала жалоба на противоречия в базовых законах РФ. Чиновник в 2015 году был приговорен за получение взятки в размере 3,6 млн руб. к штрафу 8,4 млн руб., его имущество и счет были арестованы. При этом он имел долги на 8,75 млн руб., в том числе по кредитам, и был признан банкротом, погасив только 50 тыс. руб. из суммы штрафа. Она включена в третью очередь требований кредиторов, рассмотрение отчета о конкурсном производстве назначено на 16 апреля.

По закону «О несостоятельности (банкротстве)» на период банкротства арест с имущества должника снимается, а взыскание с него штрафов приостанавливается, при этом он может быть освобожден от их уплаты после расчета с кредиторами. Но приставы исполнительное производство по уголовному штрафу на период конкурсного производства не прекратили. А суды общей юрисдикции в деле заявителя руководствовались требованиями закона «Об исполнительном производстве», Уголовно-процессуального и Уголовно-исполнительного кодексов (УПК и УИК). Эти нормы вопреки закону о банкротстве не позволяют обратить все имущество банкрота на удовлетворение требований кредиторов, жаловался заявитель.

КС решил, что жаловаться в таком случае должны кредиторы, отметив в отказном определении, что банкротство не освобождает осужденного от уплаты уголовного штрафа, гарантируя неотвратимость наказания. Такие выводы нельзя было делать без рассмотрения дела в состязательной процедуре, считает судья-докладчик Александр Кокотов. По его мнению, пробелы в законодательстве стимулируют практику искусственного банкротства для «очищения» от уголовно-штрафной ответственности.

Ситуация вызвала споры коллег судьи и адвокатов. Правовая коллизия, по мнению большинства, очевидна. Решение за Конституционным Судом.

Источник